Буряк: «Слякоть вдогон — мне это известно…»

Леонид Буряк Леонид Буряк был весьма ослепительной звездой в истории русского футбола. Ученик одесской школы, он стал одним из знаков киевского «Динамо» и сборной СССР 70 — 80-х.

Буряк выиграл все, что можно выиграть в футболе, — государственный чемпионат и Приз СССР (как следствие 5 и 6 раз), Приз владельцев призов, серебряную медаль Олимпиады. 8 раз он заходил в число 33 самых лучших футболистов первенства. Став тренером, Леонид Иосифович работал в одесском «Черноморце» и киевском «Динамо», возглавлял сборную Украины. Два раза, в начале 90-х, был объявлен самым лучшим тренером страны.

В настоящее время имя Буряка нечасто звучит в вестях, редко возникает в газетах, и это нетрудно пояснить: знаменитый футболист осознанно ушел в тень, пытаясь по возможности больше интереса уделять семье и всему тому, на что никогда в жизни не хватает времени у футболиста либо тренера квалифицированного клуба. Но знаменитый футболист оказался на уникальность чистосердечным собеседником. Ощущалось, что Леонид Иосифович приобретает наслаждение, когда распределяется собственными квалифицированными секретами, наблюдениями, его глаза при мемуарах о «Динамо» зажигались некоторым поразительным светом. Футбол стал частью его души и сердца. Просто он пока сидит на краю и радуется «битвой со стороны», однако длительное время так длиться не в состоянии, и футбол вновь затянет его в собственный поразительный коловорот.

— Леонид Иосифович, очень многие болельщики убеждены, что в 1982 году вы были способны играть на первенстве мира — не смотря на вынесенную травму. На том мундиале сборная СССР достаточно смело тянулась по турнирной дистанции. Только по разнице мячей бригада, возглавляемая Бесковым совместно с Лобановским и Ахалкаци, проиграла Польше место в полуфинале…

— Я отправился совместно с командой и готовился к первенству мира. Тогда я реконструировался после парного перелома, начал практиковаться — и у меня прорвала костяная трудовая мозоль. Я просто физически не мог играть. Снова отекла стопа… Я отказал в Испанию, однако в конечном итоге из футболиста, грезившего поиграть на мундиале, преобразовался в болельщика. А тем временем стопа еще более вздулась и получила зловещий оттенок.

После завершения первенства мира я еще приблизительно 6 месяцев не играл.

— Определенные источники говорят, что возврат произошел, когда вы выполняли анализ Купера.

— Нет, это была стандартная подготовка, однако я не мог заниматься, поскольку возникла болезнь. Сделали фотоснимок, и обнаружилось, что нужно было начинать излечение заново. Я еще основывал какие-то иллюзии… Однако, знаете, это так как чувственность. В случае если человек страдает гриппом, ему нужно неделю либо двадцать суток отлежать. В случае если перелом, на обновление нужно от 20 суток до месяца.

Тренерский штаб думал, что я буду выпивать мумие, пилюли, и все будет в порядке. Вполне может быть, для ходьбы этого и было бы довольно… Однако когда с меня сняли гипс и я оперся на хворую ногу, то чуть ли не снизился. Утрата мускул. В настоящее время я осознаю, что даже размышлять о первенстве мира тогда было забавно, однако не тогда.

У меня было не много травм, спрашивавших хирургического вмешательства, все-таки из-за них я очень много утратил. Впрочем, фактически, моя судьба стартовала с солидного поражения — травматического радикулита. Данную травму я обрел на интернациональном молодежном чемпионате в Сан-Ремо.

В целом, я около полутора лет карьеры утратил из-за травм и, как досадно бы это не звучало, не сумел добиться этапа в 100 матчей за сборную СССР. Впрочем фигуру после восстановления набирал достаточно оперативно.

— Чему обучило вас «Динамо»?

— Прежде всего — не проигрывать. За всю карьеру в киевском «Динамо» у меня ни один год не прошел вхолостую. Я одолевал либо Приз СССР, либо чемпионат Единения. Когда ты выигрываешь, получаешь денежные средства, постановляешь жилые вопросы, приобретаешь автомашину, твоя семья ни в чем не нуждается — это производит инстинкт чемпиона. Данный инстинкт после «Динамо» еще 3 года вынуждал сохранять мотивацию. Когда я ушел из «Динамо», то одолевал Приз СССР с столичным «Общество» и харьковским «Металлистом».

— В 1972 году сборная СССР стала вице-чемпионом Европы, в конце сильно уступив команде ГДР. Буряка в той команде не было. Отчего тренеры «позабыли» о вас?

— Тогда я еще не играл в государственной сборной, однако заходил в состав молодежной. Что же касается «позабыли»… Отчего «позабыли»?! Это лишь доказательство силы того первенства и футболистов, которые в нем играли. Вы взгляните, какие люди не попадались в состав государственной сборной либо сразили в ней считанное количество матчей! Вы взгляните: Лобановский, Базилевич, Биба, Соснихин, Круликовский, Маркаров — все эти футболисты играли недостаточно. И я вам еще очень много подобных могу представить. А все потому, что на 20 свободных мест было 150 — 200 кандидатов. В любой команде высочайшей лиги было, в любом случае, по 3-4 футболиста, которые могли бы играть в 1-й сборной. То была весьма мощная лига, лишь никто этого не осознавал.

Что же касается проигрыша в конце первенства Европы, то проигрыш проигрышу рознь. Хочу отметить, что тогда социальное соображение зачастую создавали комментаторы, и теперь иногда по одной интонации корреспондента оказывалось ясно, что будет с тренером — будь то Лобановский, Ахалкаци либо Бесков. К примеру, в Испании в 1982 году был вполне удачный для нас чемпионат, сборная вошла в восьмерку самых лучших команд, однако всех форсировали.

— Не одно и не 2 поколения сборной СССР целиком состояли из питомцев киевского «Динамо».

— Вы знаете, а в настоящее время на Украине, вполне может быть, 2-3 школы на самом деле высококачественно работают, в прочем — крах. В команду специалистов игрок должен приходить предельно приготовленным на техническом уровне и тактически. Да, он может проигрывать младшим в «физике», однако не в технике и стратегии. А в настоящее время выпускники ДЮСШ не имеют за плечами ничего, помимо юности и стремления. Даже ступень дубля эти футболисты преодолеть не готовы — они к ней не способны. Ранее инструктор мог только предоставить назначение, а молодому игроку нужно было накопить вес, мускульную массу.

Улица делала футболистов, на улице подрастали грядущие звезды. Я вспоминаю, как мы возвращались с тренировки, кидали сумочки, переобувались и шли с приятелями играть в футбол до ночи. Приезжали, снижались, высыпались, и днем — вновь на тренировку. Так было каждый день. Так было и в иных государствах — Бразилии, Бельгии, Нидерландов, других. В настоящее время «улица» отошла на 2-й план — крайне редко вижу детей, играющих в футбол во дворе. Вообще надо признать, что футбол в какой-нибудь стадии отошел на 2-й план, уступив позиции такому же огромному теннису. Надо принимать конструктивные меры по популяризации футбола. Массовость сама не прибудет, нужна тщательная работа.

Важно, чтобы дети осознавали, в котором направлении им идти. К примеру, нам в «Динамо» запрещалось играть в небольшие квадраты, поскольку они производят установленный образец, и, когда ты переходишь на огромное поле, ориентироваться сложно. Разумеется, в одной беседе данную тему не открыть, однако, все-таки, про это надо рассуждать. Основное — обучить малыша переносить, так как на 1-м раунде, пока ему любопытно, его почти не надо упрашивать, когда дополняются физические перегрузки, то тут именно ему и надо пояснить, какую пользу это ему может доставить в дальнейшем.

— В одном из интервью Анатолий Бышовец на публике сообщил, что в Объединении была монополия на технологию Лобановского. О том, какой урон наносит незрячее наследование испытаний Купера в молодежном футболе, заявляли очень многие знаменитые эксперты.

— Не согласен. Никто ничего не запрещал. Хотите — придумайте собственную, для чего принимаете технологию Лобановского? Лично я союзник того, чтобы их было по возможности больше. В чем была мощь русского футбола? Был грузинский, армянский, славянский, азербайджанский, отечественный, узбекский футбол. У любого — собственная школа, это было одним из неопровержимых преимущество русского первенства. Никто не свидетельствует и не сообщал, что кто-то должен следовать идеям знаменитого тренера — ищите, выдумывайте что-нибудь собственное, воспитывайте свежие поколения футболистов.

Вы знаете, тогда были суперодаренные люди, суперталантливые, суперсильные на физическом уровне, они все на себе выносили. И в то же самое время работа проводилась в рамках осмысленного, был нулевой курс, игровой и тому подобное.

— Пожалуй, начинающим футболистам до установленного возраста ни о какой системе Лобановского и считать не следует? Так как перегрузки его «Динамо» стали притчей во языцех.

— Да, и я не раз говорил, что в 14 лет исключительно на физическом уровне дети не в состоянии работать, как взрослые спортсмены. У детей вся адаптация должна проходить с мячом, никаких испытаний Купера быть не должно. К слову, я сам до установленного времени был весьма небольшой и худой, никоим образом не записывался в победные модификации тренеров. Одна из основных неприятностей нашего детского футбола в том, что итог они часто устанавливают во главу угла.

— Как же по-другому выкормить психологию чемпионов?

— Итог весьма важен, он повышает локальный климат в команде, предоставляет право на какие-то опыты. В случае если ты станешь регулярно проигрывать, в какой-то момент тебе просто заявят: «Представляешь, все прекрасно, однако мы намерены побед». И вице-президент заявит, и другие…

Однако я совершенно убежден, что до некоторого возраста, до 13-14 лет, вопрос итога вообще должен быть снят. Когда я работал в «Динамо» в должности спортивного главного директора, у меня были дискуссии с вице-президентом клуба. Я ему сообщал, что нельзя все побеждать. Сообщал, что основная цель школы — адаптация футболистов для дубля.

Разумеется, понятны чувства управления, когда встречаются юноши 2-ух ведущих клубов страны, и мы проигрываем, потом вновь проигрываем, хотя и представляем отличный футбол. Да, содержание итога создает прекрасную ситуацию для творчества тренера. Однако с помощью ненатурально приобретенных турниров не будет абсолютно ничего хорошего, дети ничего необходимого для себя не получат. Малыш оценивает игровые нюансы в интервале с 10 до 15 лет. Под какую ногу дать мячик, как осуществить удар. Это как в огромном теннисе: в случае если с детства не установлен удар либо бэкхэнд, то в будущем поправить это невозможно. У такого игрока вполне может быть большое стремление, однако данный игрок не для огромных задач.

Бесспорно, школа должна работать по принципам клуба. Одна из причин бед многих наших команд состоит в том, что они утратили собственное лицо. Что всегда считалось фирменным почерком киевлян? Скорость, удары, повышенное исполнительское искусство, весьма стремительные наступающие, которые 5 раз за поединок могли улизнуть 1 на 1. «Шахтер» — это старание, решительный настрой, это опять-таки повышенное искусство, выраженный главный форвард, каким был, например, знаменитый Старушечий. Однако так было ранее, а в настоящее время любой инструктор разламывает технологию, создает все под себя.

— Однако едва ли вы будете препираться с тем, что Мирча Луческу, возглавив «Шахтер», сделал на постсоветском пространстве одну из самых сильных команд, которая показывает впечатляющий, прекрасный футбол.

— Я понимал Луческу еще по работе в Турции и Италии. Он на самом деле считается экспертом европейского значения. Он довел «иллюстрацию», сделал заключительные мазки, пригласив нескольких бразильцев и выполнив на них ставку. И это другой футбол — футбол длинных передач, стеночек. Но невозможно не признать, что как раз при Луческу «Шахтер» замотал в другой футбол и захватил имя в Европе.

— 3 клуба из бывшего Советского Союза выиграли Приз УЕФА, «Шахтер» был заключительным из них. Однако позднее известности они не заслужили. Как вы это поясните?

— О ЦСКА и «Зените» ничего не могу с уверенностью сказать, а горняки… Поражение «Шахтера» от «Фулхэма» на 1-й ступени плей-офф Лиги Европы поясняю тем, что британцы, как говориться, в накате, так как у них чемпионат давно в апогее. «Шахтер» контролировал мячик, проводил игру, а «Фулхэм» получил минимум из собственных факторов и проходит далее.

— Одним из тех игроков, которые устанавливают лицо команды, создают ее игровой рука, в ставшем для вас близким «Динамо» был Александр Алиев. У Саши нечасто накладывались отношения с тренерами, к тому же у вас с отныне столичным «железнодорожником» Алиевым не все выходило ровно…

— Знаете, я окончательно против мнений тренеров — «мой» игрок, «не мой» и тому подобное. Полагаю, что футболистов, похожих на Алиева, у нас мало. Разумеется, он юноша с нравом, однако футболисты данной позиции в Европе стоят вымышленные денежные средства. И хотим мы того либо нет, от них многое находится в зависимости: в случае если они открываются, то играют основную роль в команде. Я доверяю, что у Александра Алиева в «Локомотиве» все будет в порядке. На мой взгляд, таких как он, на Украине в настоящее время нет.

— Как вы считаете, тандем Алиев — Милевский мог стать настолько же удачным и слитым, как тандем Блохин — Буряк? Так как они также, как вы с Блохиным, прошли все значения сборной совместно.

— Я бы не планировал вести какие-то аналогичности при всем почтении к Алиеву и Милевскому. У них собственные недостатки, у нас были собственные. Мне было легче с Блохиным, так как он сверходаренный человек, весьма скоростной. Моим козырем было исполнительское искусство, заряженность на удар. В случае если счесть наши с ним голы, то мы разве что не половину всех голов «Динамо» за тот раунд клубной истории загнали — где-то 260-280 на двоих. Это довольно много. Разумеется, жалко, что тандем Алиева и Милевского развалился. Рассчитываю, он сохранится в сборной.

— К слову, о сборных. Как вы посчитали беду Украины и РФ в противоборстве с греками и словенцами за выход на чемпионат мира?

— На самом деле, было все для исхода на чемпионат мира, а подобных конкурентов не обставили… Думаю, что игры такого значения ни один инструктор и ни одна бригада не могут «выпускать». И дело здесь ни под каким видом не в физическом нюансе: все нужно было решать с помощью интереса и самоотдачи, так как обе сборные были почти на первенстве мира.

— Вы были в данном так убеждены, что даже в прессе сообщили: не колеблетесь в том, что, дескать, греков пройдем…

— Да, я воплотил убежденность, что мы пройдем Грецию. Я видел, в котором пребывании данная сборная, и не сомневался, что мы поедем в КНР, и уж никоим образом не мог разрешить, что сборная Украины так нерешительно будет играть заключительный поединок. У греков не было шансов в бытовой встрече — в целом, все было управляемо и предсказуемо. И здесь такой наш крах в встречном бое. Но я ни под каким видом не хочу кинуть камень в огород тренерского генштаба.

— Какие возможности Украины выиграть Евро-2012?

— На бытовом чемпионате играть всегда трудно, нужно быть мощнее иных на голову. Полагаю, для Евро-2012 необходимо делать свежую команду. И, на мой взгляд, ее надо делать на основе коллектива, который выиграл молодежный чемпионат Европы, оставить костяк той команды.

Надо и согласие. В Европе люди уничтожаются на поле, а после игры целуются, благословляют друг дружку за отличный футбол. У нас, пока, так не принято. Возьмем такую же сборную Украины. Любой инструктор — Лобановский, Сабо, Буряк — привносил что-нибудь собственное, делал собственный вклад в ее развитие, однако про это никто не желает рассуждать, лишь слякоть летит вдогон. Однако так как так невозможно! Мы не станем увеличиваться как азиатская сила, над нами так и будут усмехаться потому, что мы не обучились переносить все отличное, а все ужасное бросать. Мы забираем данный груз мерзостей и тащим за собой, вешая его на следующего тренера.

Получить например вчерашнее отрешение Александра Заварова из киевского «Запаса». Да кто такие начальники клуба сравнивая с Заваровым, чтобы судить, на публике инкриминировать того, кто получал свои данные десятилетиями и собирал известность русского и российского футбола?!

— Однако сегодня футбол другой!

— Да, прежде всего его надо понимать как шоу. На Востоке есть такая линия — там снимают тренеров, которые не готовы сделать представление, пускай их подшефные и показывают отличные итоги. Потому и инвестируют большие денежные средства в покупку звезд. Я вам дам 2 кардинально противоречащих друг дружке образца. Первый момент. Поединок первенства СССР с «Араратом». Чартера нет, путь останавливается, летим в Зной. Поцеловал в аэропорту жаркую трубу и старался дремать. В конечном итоге не замкнул глаз всю ночь. Прибыли в Зной, времени передохнуть нет. Жаркая погода 50 C, выходил в душ, облачился, вышел на поле и… продемонстрировал собственную хорошую в году игру! Просто парил по полю!

И вот вам 2-й момент. Полуфинал Приза чемпионов в 1977 году против «Боруссии» (Менхенгладбах). За двадцать суток до самой важной игры нас берут на основу. Мы активно готовимся, ведем по 2 тренировки в сутки, дремлем и употребляем в пищу по графику. Выходим на поле — и ничего! Как это пояснить? Как в данном разобраться, что это такое? Ты такой же, у тебя такая же майка с той же фамилией на пояснице, такие же кондиции… Я вожу к тому, что футбол — это еще и глубочайшая философия, он все ставит со своей точки зрения. Идут и уходят знаменитые тренеры, и они не в состоянии осознать, отчего у них не сложилось.

— А вы еще возвратитесь в футбол?

— Не заявлю, что в настоящее время я в созидательном отпуске. Ощущаю себя вполне удобно, рекомендую одну из команд российской высочайшей лиги. Я просто хочу быть дома, я с 68-го года «бегом», а мне 56. У моих детей собственные семьи, а я не вспоминаю, как они повысились. У меня в жизни есть такие неприятности, которые никто, помимо меня, решить не сумеет. И в то же самое время я не отошел от дел, я гляжу футбол, в курсе всех мероприятий. Впрочем, пожалуй, настанет такой момент, когда я возьму команду в роли основного тренера. Будет ли это на Украине либо в РФ, пока не могу с уверенностью сказать. Однако в точности понимаю одно: я никогда не поеду туда, где мне не интересно, где перед командой не будут установлены солидные цели.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *